Илья СКОРОПАШКИН: «В футболе все клубы заранее банкроты»

В гостях у Sport.ua побывал футбольный юрист

Sport.ua, Илья Скоропашкин
© Sport.ua, Илья Скоропашкин
В среду, 17 февраля, гостем Sport.ua стал футбольный юрист Илья СКОРОПАШКИН. Он рассказал о том, как стал спортивным юристом, об обращениях футболистов в суды из-за невыплат заработных плат, о своей работе и многом другом.
 
— Как возникла идея стать именно спортивным юристом?
— Это чистая случайность. В 2003 году меня пригласили в футбольный клуб «Борисфен», причем приглашение было настойчивым. С третьего раза я уже согласился. В один день мне позвонил генеральный директор клуба, пригласил на встречу. Я до этого футболом особо не интересовался. Смотрел, конечно, какие-то матчи, за компанию ходил на футбол, но так, чтобы уделял этому особое внимание, то нет, тем более — вопросам футбольного права. Мне это не было особо интересно, поэтому я отказал. В тот же день мне еще раз позвонили. На следующий день он мне позвонил и сказал: «Сколько мы Вас можем приглашать». Я подумал, если третий раз приглашают — наверное, нужно сходить. Пришел, пообщался, решил поработать какое-то время — и затянуло, глубоко.
 
— Именно футбол затянул?
— Футбол, футбольное право, сама система — это все было очень интересно, ново для меня. Сначала мне было вообще непонятно, что происходит здесь: непонятные собрания, принимают решения по каким-то вопросам. Собрались, что-то решили, постановили. Было интересно. Я сейчас, например, с коллегами-юристами общаюсь, они тоже не совсем понимают, как такое возможно.
 
— В чем было самое главное непонимание?
— Совершенно отдельная сфера права, которая сама по себе на тот момент была вне рамок закона. Если так можно сказать, квазисуды, которые самостоятельно работали, принимали какие-то решения. Это было очень необычно. Я тогда имел уже около десяти лет опыта работы. Совсем было непонятно, как это вообще может существовать, правовая основа была непонятна.
 
— В «Борисфене» Вы занимались общекомандными делами? Или были проблемы, с которыми ребята обратились, клуб?
— В первую очередь меня приглашали как юриста клуба. Основная работа была — хозяйственное направление деятельности самого клуба и сопутствующих организаций (общественная организация, несколько коммерческих фирм), это была большая структура. Ну, и, конечно, вопросы трудового права: заключение контрактов с футболистами, непосредственное общение с футболистами в этом вопросе, личные проблемы футболистов, соблюдение контрактов со стороны клуба. Кому-то обещали квартиру, кому-то еще что-то, это все надо было выполнять. Находили способы, как это делать.
 
— Как долго Вы проработали?
— Около трех лет.
 
— Кто был Вашим первым клиентом после «Борисфена»?
— После того, как я закончил сотрудничество с «Борисфеном» (это, по-моему, был 2006 год), я решил стать футбольным агентом. Сдал экзамен, получил лицензию, но понял, что это не мое. Это не моя стезя, поэтому через год-полтора я вернул лицензию Федерации футбола — и продолжил работать в своем направлении. Мы с коллегами-агентами тогда создали футбольное агентство, оно до сих пор успешно работает, а я сам.
 
— В этом году появились знакомые, клиенты?
— Конечно.
 
— Когда футболист подписывает контракт или клуб приглашает игрока, этим занимается клубный юрист или обращаются к Вам?
— В клубе юрист защищает интересы клуба. Футболист, когда приходит в клуб, либо соглашается на условия, которые ему предлагает клуб, либо у него возникают вопросы. Тогда он уже обращается, конечно, к своему юристу. Иногда я помогаю.
 
— Кто к Вам обращался?
— Много ребят. Серьезная работа с контрактом была проведена, когда Сергей Кузнецов переходил в ФК «Севастополь». Мы его согласовывали около двух месяцев. А в основном работа заключается в том, чтобы просмотреть контракт. Просто не всегда клубы готовы идти на изменения условий своего контракта. Они говорят: «Это стандартные условия, мы ничего не меняем. Либо ты подписываешь, либо нет». Поэтому в основном акцент делается даже не на какое-то изменение, а на то, чтобы просто объяснить футболисту, что его может ждать в будущем, какие проблемы могут возникнуть, если он подписывает этот контракт. Когда доходит до подписания контракта — в основном уже все согласны на любые условия. Главное — срок контракта, сумма заработной платы или дополнительных выплат. В общем-то, все уже согласовано. Главное — просмотреть, чтобы не было несоответствий этой договоренности.
 
— Что было с Кузнецовым и «Севастополем»? В чем не могли сойтись?
— Там все было нормально.
 
— А что же два месяца обсуждали?
— Когда несколько юристов, то три мнения получается. Мы с юристом не могли согласовать некоторые моменты. Иногда затягивается из-за того, что каждый юрист пытается отстоять категорические интересы своей стороны до каждой запятой. Это, конечно, может занимать некоторое время.
 
— Прописано ли в контракте, что клуб может платить первую заработную плату через два-три месяца? Или это устная договоренность?
— Конечно, это не может быть прописано в контракте, потому что условия контракта, которые противоречат закону, заведомо недействительны. У нас есть закон об оплате труда, где предусмотрено, что зарплата выплачивается не реже, чем через каждые 16 дней и не позже, чем через семь дней после отработанного периода. Поэтому выплаты на несколько месяцев позже незаконны и в контракте такое не может быть прописано. Точнее, это может быть прописано, но это будут незаконные условия контракта. А если говорить о ситуациях, когда при подписании контракта с иностранцем задерживается выплата заработной платы за первые периоды... Из своей практики, я скажу, и такое может быть. Человек приехал, его просмотрели или нет, подписали контракт. Затем идут юридические процедуры оформления его в структуру клуба. Там, если это иностранец, нужно получить разрешение на трудоустройство, у него может не быть идентификационного кода, его получение тоже занимает какое-то время, несмотря на то, что есть уже контракт.
 
— В прошлом году, когда случилась ситуация у «Днепра» с Эжидио, когда он разорвал контракт буквально через месяц после подписания, на чьей стороне была правда? Это действительно могли быть задержки с трансферным листом, идентификационным кодом?
— Я не могу ответить на этот вопрос, не занимался этим. Не знаю, на чьей стороне была правда. Это может решить только суд после изучения ситуации. Футболист оставил клуб, он показал свою позицию. Клуб, по-моему, никак на это не отреагировал. Видимо, не было аргументов.

 
— Нынешняя ситуация с «Днепром», когда мы понимаем, что ему грозит УЕФА исключением из еврокубков за непогашение задолженностей перед игроками и тренерским штабом Рамоса... Сейчас «Днепр» может что-то изменить?
— Не знаю, как ответить на этот вопрос. Возможно, и продлят. По всей видимости, и Федерация футбола здесь занимает какую-то позицию. Учитывая успехи «Днепра» в прошлом сезоне, они заинтересованы в том, чтобы этот клуб защищал Украину в европейских соревнованиях. Поэтому не исключено, что они берут на себя какие-то обязательства, что они договорятся, что-то решат. Возможно, это как-то повлияет на решение УЕФА дать еще дополнительное время. Может, все-таки и продлят срок... Хотелось бы, чтобы решилась эта проблема, чтобы клуб выполнил обязательства.
 
— Появлялась информация, правда, неофициальная, о том, что господин Коломойский хочет погасить часть долга. Если думать о том, что клуб в долгах, ребята говорят, что не получают зарплаты — может ли быть запущен процесс банкротства в «Днепре»? Или до этого еще далеко?
— Если говорить о классическом банкротстве, как проходит не в футбольных клубах, а на каких-то предприятиях — этот процесс возникает не просто так, есть длительная задолженность, проблемные ситуации, проигранные суды. Если взять то же самое в футболе, здесь, как по мне, в принципе все клубы заранее уже банкроты. Их деятельность неприбыльная, приходные и расходные ведомости практически не совпадают. Один месяц нет вливаний со стороны руководства, спонсоров — и клуб уже практически обречен на банкротство. Этот процесс запущен, может быть решен отмашкой руки.
 
— По воле одного господина Коломойского?
— Мы же помним ситуацию с клубами «Кривбасс», «Арсенал», там все быстро прекращалось. Клуб пытался как-то выжить, менеджмент пытался что-то сделать, но прекращалось все по велению одного человека — финансируем или нет. Наверное, здесь тоже так может быть. Не хотелось бы, конечно.
 
— Игроки, у которых подписаны еще контракты, если клуб вдруг объявит себя банкротом, могут иметь право на компенсацию? Или это уже все, конец?
— Компенсацию чего? За счет чего? На выплату задолженностей со стороны клуба они, конечно, будут иметь право, но получить, думаю, вряд ли что-то можно будет.
 
— Вы знакомы с ситуацией в «Металлисте»? Им запретили заявлять новых игроков из-за задолженностей перед Красноперовым и Пшеничных. Может быть, Вы знаете, что там?
— Не знаю, ни с кем из футболистов «Металлиста» не работаю. Как развивается ситуация, не знаю. Там, по-моему, работают мои коллеги. Юля Морозова, недавно была публикация, пытается наладить какой-то диалог. Там такая ситуация: либо получат все, либо не получит никто. Наверное, в первую очередь получат те, у кого есть судебные решения или решения органов футбольного правосудия. Во вторую очередь — играющие футболисты. Остальные уже потом.
 
— А могут и не получить вообще...
— Да.
 
— Стоит сейчас брать свой контракт и судиться?
— Для того, чтобы попасть в первую очередь — конечно, стоит это делать. Плавно вести диалог с клубом. Например, если говорить о «Днепре», там ситуация не настолько запущенная, чтобы прямо бежать. Диалог есть, руководство что-то обещает. Те ребята, которых не устраивает, у которых есть предложения, могут в индивидуальном порядке решать вопросы с этим клубом.
 
— Что делать футболистам, если не выплачивают зарплаты? В одном из своих интервью Вы говорили, что бойкоты — это не выход...
— Конечно.
 
— Почему?
— Даже если бойкот объявит вся команда, он не приведет сразу к тому, что у руководства появятся деньги, они начнут что-то отдавать. Бойкот ведь тоже должен быть последовательным. Бойкот — это невыход команды на поле. Это то, чем футболисты обычно угрожают руководству. Мы знаем, что невыход на домашний матч, невыход на две игры — это снятие команды с соревнований. Это не выход ни для кого: ни для руководства клуба, ни для команды. Была ситуация, когда в каком-то из клубов не вышла основная команда, выступил дублирующий состав...
 
— Это было с тем же «Металлистом» в прошлом сезоне...
— Точно. И что в итоге получилось? Ребят объявили предателями, кого-то выгнали, кто-то даже закончил с футболом из-за этого. Никто ничего не добился, деньги-то не отдали.
 
— Клуб имеет право договариваться о том, если у человека действующий контракт, но он хочет уйти свободным агентом? Есть возможность договариваться: прощаю все долги, только отпустите меня?
— Конечно. Это зависит от воли футболиста, от воли клуба, если футболист готов простить все долги для того, чтобы уйти куда-то. Бывало, что у футболистов были более выгодные предложения из более стабильных клубов. Сейчас вряд ли есть такие предложения. Футболист понимает, что лучше ему уйти в другой клуб, чем добиваться чего-то здесь — и он уходит. Это один из компромиссных вариантов, который позволяет и футболисту чувствовать себя спокойно, и снижает финансовую нагрузку на клуб.
 
— А если футболист хочет получить свою зарплату — это только через суд? Господин Шарпар пытался выбить через Лозанну, но пока...
— Это через органы футбольного правосудия. Все зависит от условий контракта, у кого как это прописано. Либо это путь в Палату по разрешению споров, либо напрямую в Спортивный арбитражный суд в Лозанне.
 
— Какой должен быть пункт в контракте, чтобы человек имел гарантии того, что он сможет отсудить потом свою зарплату?
— В контракте должна быть указана зарплата или те выплаты, которые клуб гарантирует выплачивать футболисту. А его право на обращение в органы футбольного правосудия гарантируется регламентными нормами. Это может быть не прописано в самом контракте. В любом случае он имеет право обратиться. Может быть арбитражная оговорка, где указано, что в случае возникновения конфликта стороны передают его на решение в Спортивный арбитражный суд в Лозанне. Тогда есть прямой путь в Лозанну. А если нет — тогда в Палату по разрешению споров можно обратиться. Туда в любом случае можно обратиться, даже если это не указано в контракте. А следующий этап для обжалования решения, если кого-то не устроит - Спортивный арбитражный суд уже в порядке арбитражной процедуры. Прямое обращение в порядке ординарной процедуры совершается.
 
— Вы знаете игроков, которые сейчас судятся в лозаннском суде?
— Не припомню. Вообще есть много ребят, которые судятся, судились и кто еще находится на стадии исполнения решений Спортивного арбитражного суда.
 
— К Вам обращались с просьбой помочь?
— Да, конечно. И футболисты, и клубы обращались. В Спортивном арбитражном суде в Лозанне семь процессов, которые сопроводил я.
 
— Кому Вы помогали?
— Начинается все с «Борисфена», когда был спор по поводу Карамушки с футбольным клубом «Шахтер». Тогда «Борисфен» выиграл этот спор. Это был один из первых споров в лозаннском суде. После этого начался вал обращений в лозаннский суд. Потом несколько процессов с клубами: «Волынь», против «Волыни», ФК «Оболонь» против Остапенко, Евгений Лозинский с ФК «Заря», «Шахтер» с Владимиром Приемовым. По-моему, всех назвал, никого не забыл.
 
— По поводу Лозинского — конфликт еще не разрешен?
— Конфликт разрешен судебным решением. Возник новый конфликт по поводу его исполнения. Этот конфликт еще на стадии рассмотрения. Было подписано соглашение, насколько я знаю, Евгения с клубом. Но оно не выполняется так, как это было оговорено там.
 
— Вы говорили о том, если не будет выплачена сумма задолженности перед Евгением, то будут административные наказания: снятия очков, чуть ли не до перевода «Зари» в Первую лигу. Но пока мы не видим сдвигов. Кто с кем лучше договаривается?
— Если помните, снятие очков было, но потом их вернули. Клуб начал постепенные выплаты, хоть и не в тех объемах, которые они обещали по мировому соглашению. Пока что этот вопрос находится на стадии рассмотрения нашего контрольно-дисциплинарного комитета. Сказать, что это устраивает футболиста, нельзя - не устраивает. Была определенная пауза у КДК в связи с окончанием чемпионата. Возможно, этот процесс будет возобновлен в ближайшее время.
 
— Футболист готов согласиться на частичные выплаты?
— Он уже согласился на частичные выплаты. Было подписано мировое соглашение. До старта, когда клуб получал право выступать в Лиге Европы, был ключевой момент — либо закрывается этот вопрос, либо не закрывается. Евгений согласился на условия постепенной выплаты. Хотя он и до этого был согласен, но клуб вообще ничего не платил. Для УЕФА нужен был документ. Вы договорились — вот, пожалуйста, подписывайте. Был предложен вариант клубу. Федерация футбола уговорила клуб этот вариант подписать, они подписали, но выплаты производятся не в тех объемах, которые были указаны в этом соглашении.
 
— «Заря» сейчас вообще претендует на третье место в чемпионате. Перед новым еврокубковым сезоном опять возникнет этот же вопрос?
— Да.
 
— Будут ли более ужесточенные санкции? Могут ли «Зарю» не допустить до участия в еврокубках?
— Конечно. Этот вопрос будет рассматривать УЕФА. Санкции были к «Заре» со стороны наших органов футбольного правосудия, потому что этот вопрос находится в их компетенции сейчас. За невыполнение этого решения клуб был оштрафован на деньги неоднократно. Это было последнее решение — о снятии очков. Но потом их вернули. Возможно, следующим решением будет какой-то запрет заявки новых футболистов или еще что-то. А УЕФА уже самостоятельно будет принимать решение, исходя из этой ситуации. Они знают о том, что клуб не выполняет полностью решение Спортивного арбитражного суда, причем длительное время. Их проинформируют о том, что клуб не выполняет условия мирового соглашения. У них ставятся определенные дедлайны, до какого периода выполнить. Дальше, может, будут еще какие-то договоренности с футболистом.

 
— По поводу запрета на заявку новых футболистов. Мы знаем, что так наказаны «Металлист», «Говерла», «Волынь». Что в этом случае может сделать клуб? Только выплатить, рассчитаться? Или можно подать апелляцию, начнется рассмотрение апелляции и решение по незаявке футболистов можно отодвинуть и заявлять кого-то? Или как это может происходить?
— Эти решения могут быть обжалованы, тем не менее, они вступают в силу с определенного момента: срок либо с момента получения решения, либо установленный на самом решении. Поэтому независимо от того, будут ли они обжалованы, наступает последствие, которое указано в этом решении. Но, опять же, что обжаловать? Что мы выплатили деньги футболисту, а нам незаконно закрыли возможность заявлять новых футболистов?
 
— Перейдем на европейский рынок. Если запретили заявку новых футболистов для «Реала», «Атлетико», этим клубам можно было в этот период покупать футболистов, дабы подать апелляцию на это решение, купить футболистов и, как «Барселона», отдать в аренду и заявлять их, когда можно будет. Кто страдает от бана ФИФА?
— Подписывать футболистов можно, но вы не сможете их заявить. Конечно, страдает клуб. Это санкция для клуба, она не настолько жесткая, как снятие турнирных очков, но более справедливая, эффективная: если ты не рассчитываешься с какими-то футболистами, то новых футболистов мы тебе запрещаем брать. Снятие очков — несправедливое решение по отношению к команде, потому что команда зарабатывает очки, руководство клуба не выполняет что-то в отношении футболистов — и с этих же игроков еще снимают очки.
 
— Но при этом они могут покупать игроков? «Барселона» прекрасно чувствовала себя на трансферном рынке, они покупали игроков, отдавали их в аренду — и зарабатывали на этом...
— Это зависит от решения, как там прописано. Запрет на заявку — значит, запрещено заявлять. Здесь уже идут манипуляции со стороны клуба, ищут выходы, это допустимо.
 
— Вопрос от читателя. В нынешнее сложное время множество клубов прекращают свою деятельность либо же месяцами не выплачивают игрокам зарплаты. Как думаете, почему в Украине мало судебных гражданских процессов по этому поводу в судах общей юрисдикции Украины, либо же почему игроками не инициируются уголовные производства против руководителей клубов? Ведь невыплата зарплаты — это нарушение трудового законодательства Украины...
— Спасибо за хороший, уместный вопрос. Действительно, очень мало споров в судах общей юрисдикции, потому что футболистам, по сути, запрещено обращаться в эти суды. Регламентные нормы даже предусматривают дисциплинарные санкции за обращения в суды общей юрисдикции. В преобладающем большинстве футбольных контрактов прописано, что все споры решаются в органах футбольного правосудия. Обращение в суд общей юрисдикции — конституционное право гражданина, он может туда обратиться. Это правовая коллизия в спортивном праве, потому что требования ФИФА к ассоциациям, чтобы они создали у себя органы, которые рассматривают эти споры между футболистами и клубами. В идеале - когда эти органы созданы в виде легитимных судов, третейских судов либо отдельных палат, которые рассматривают это с равным количеством представителей от профсоюза, которые защищают интересов работников, от клубов, от лиг. Сейчас в Украине существует такая палата. Она организована не в форме третейского суда. Это просто как подразделение профсоюза, насколько я знаю, они сейчас по какой-то причине не работают. С сентября, по-моему, не рассматривают никаких споров, не знаю, по какой причине. Это планируется до ближайшего конгресса в Федерации футбола, там будет решено что-то по поводу этой палаты и их дальнейшей деятельности. У меня было несколько случаев, когда футболисты обращались в суд общей юрисдикции. Со стороны Федерации футбола сразу идет требование об отзыве иска из суда общей юрисдикции с угрозой применения дисциплинарных санкций. До применения санкций не дошло.
 
— Какие могут быть санкции?
— Я подразумеваю, что штраф или дисквалификация, возможно.
 
— Дисквалификация игрока на определенное время?
— По логике, возможно, дисквалификация до того периода, пока он не отзовет свой иск. Возможно, и до того периода, пока не будет принято какое-то решение по этому спору, такое же тоже может быть.
 
— Кто обращался? Была безнадежная ситуация?
— Причем обращения в суд общей юрисдикции возможно после использования всех обращений в спортивные суды. Если ты прошел всю спортивную судебную систему — тогда ты можешь уже обратиться в суд общей юрисдикции. Футболист Олег Ермак, насколько я помню, обращался в суд общей юрисдикции после того, как он получил отказал в Палате по разрешению споров. Но на то время он судился с ФК «Александрия», это клуб Первой лиги, сумма спора очень незначительная, по сравнению со стоимостью этого процесса в Спортивном арбитражном суде. Целесообразность обращения в Спортивный арбитражный суд, конечно, отсутствовала полностью, да и денег таких не было на это. Он обратился в суд общей юрисдикции, последовало требование контрольно-дисциплинарного комитета, чтобы отозвать этот иск. На тот момент спор находился на стадии апелляции. В итоге, насколько я помню, Высший специализированный суд отказал в требованиях футболиста. Хотя очень сомнительно было это решение, поскольку суд первой инстанции полностью поддержал его позицию, суд апелляционной инстанции оставил это решение в силе. Но на уровне Высшего специализированного суда странно к этому отнеслись. Это решение, между прочим, есть в реестре судебных решений, его можно найти, ознакомиться с ним.
 
Продолжение интервью читайте здесь.
 


Беседовала Татьяна ЯЩУК, текстовая версия — Дария ОДАРЧЕНКО

Автор — Владимир Кунгуров, Sport.ua

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Интересные факты
Комментарии
    Footballboy
    Footballboy, 18.02.2016 18:53
    0
    Я так понял, шо у Ильи не хватает клиентов. Признаюсь, статью не читал и не слушал, многа букав. А футболисты и подавно не будут.
    Поручик Ржевский
    0
    Да этот эксперт, вообще, ничего не ведает...
    Вы почитайте его ответы: "не знаю, не видел, не припомню..."
Вы не авторизованы.
Если вы хотите оставлять комментарии, пожалуйста, авторизуйтесь.
Если вы не имеете учётной записи, вы должны зарегистрироваться.